В 1808 г. по указу Сената в Вятской губернии состоялась перепись на предмет, «сколько в здешней губернии состоит всякого рода и состояния людей». По собранным сведениям оказалось, что в Вятской губернии проживают 467 551 человек мужского пола. Среди них:

Дворян – 66;

Священно-церковнослужителей и причетников – 2 339;

Служащих чиновников – 311;

Нижних воинских служителей – 2 154;

Отставных чиновников – 54;

Купцов – 672;

Мещан и цеховых – 7 130;

Дворовых людей – 371;

Освобожденных помещиками от крепостной зависимости – 4;

Приказных и отставных нижних служителей – 1 707;

Приказнослужительских детей – 7;

Малолетних солдатских детей – 11;

Черносошных (государственных) крестьян – 157 301;

Экономических (бывших монастырских) крестьян – 66 600;

Крестьян, служащих в местной ландмилиции – 5 357;

Половников – 84;

Помещичьих крестьян – 9 173;

Мастеровых при заводах и фабриках – 1022;

Крещёных татар – 413;

Некрещёных татар – 8 266;

Крещёных вотяков – 56 401;

Некрёщеных вотяков – 1 503;

Крещёных бесермян – 949;

Некрещёных бесермян – 73;

Крещёных черемисов –  26 694;

Некрещёных черемисов – 1 273;

Ясашных крестьян – 47 957;

Удельных крестьян – 37 862;

Приписных к казённым заводам – 14 838;

Приписных к партикулярным заводам – 1 571;

Приписных к адмиралтейству для заготовки корабельного леса – 6 809;

Отписных в казённое ведомство крестьян – 12;

Тептярей – 1 227;

Мастеровых при Камских заводах – 6 916;

Калмыков – 7;

Башкир – 414  [2, л. 43-44].

В губернии абсолютно преобладало сельское население. Городских жителей насчитывалось около 2 %. В 1808 г. в Вятке проживало 4 542 человека, в Орлове – 698, в Котельниче – 542, в Яранске – 469, в Нолинске – 765, в Уржуме – 403, в Елабуге – 1 678, в Сарапуле – 2 498, в Глазове – 359, в Царёвосанчурске – 192, в Малмыже – 536, в Кае – 357 [2, л. 43-44]. Процент горожан в структуре населения увеличивался крайне медленно и к середине ХIХ в. составил 2,5 % [3, с. 71]. При этом значительная часть жителей городов в своей хозяйственной деятельности была тесно связана с селом.

Вятская губерния представляла собой традиционный аграрный край со сложной социальной структурой. Здесь не было чётких границ между городом и деревней, промышленностью и сельским хозяйством. Социальные слои выделялись в соответствии с их этнокультурными особенностями и выполняемыми экономическими функциями.

Довольно разнообразным был национальный состав населения Вятской губернии. В начале ХIХ в. там проживали русские, удмурты, марийцы, татары, коми, башкиры, бесермяне (потомки волжских болгар, говорившие на удмуртском языке), лашманы (бывшие служилые татары, бесермяне и марийцы, приписанные к Казанскому адмиралтейству для заготовки леса), тептяри (смешанная группа населения, происходившая от татар, башкир и марийцев). Русские проживали во всех уездах Вятской губернии, удмурты преимущественно в Глазовском, Сарапульском, Елабужском и Малмыжском (восстановлен в 1818 г., в начале ХIХ в. его территория входила в состав Уржумского уезда) уездах, марийцы – в Яранском уезде, татары – в Елабужском, Малмыжском, Сарапульском уездах, коми – в Слободском уезде, башкиры – в Елабужском и Сарапульском уездах, бесермяне – в Глазовском уезде, лашманы – в Елабужском и Малмыжском уездах, тептяри – в Елабужском уезде. Наиболее разнородными по национальному составу были Сарапульский, Елабужский, Малмыжский уезды.

Показательна динамика этносоциального развития Вятской губернии в конце ХVIII – первой половине ХIХ вв. В 1782 г. насчитывалось 75,1 % русских, 14,4 % удмуртов, 10,5 % представителей других народов. В 1808 г. соответственно – 76,7 %, 13 % и 10,3 %. В 1858 г. соответственно – 79,9 %,   10,4 % и 9,7 %. При этом в четырех уездах, где проживала большая часть удмуртов, в 1795 г. русских было 50,3 %, удмуртов – 37,4 %, в 1834 г. соответственно – 52,3 % и 33,6 %. К середине ХIХ в. в Глазовском, Сарапульском, Елабужском и Малмыжском уездах насчитывалось 52,5 % русских и 47,5 % представителей других народов [4, с. 762]. Таким образом, в отмеченный период по всей Вятской губернии происходил рост численности русского населения в процентном соотношении – на 4,8 % в целом по губернии с 1782 по 1858 г. и на 2 % по Глазовскому, Сарапульскому, Елабужскому и Малмыжскому уездам с 1795 по 1834 г. Численность удмуртского населения сократилась в процентном соотношении на 4 % в целом по губернии с 1782 г. по 1858 г. и на 3,8 % по четырем уездам с 1795 по 1834 г. Следует сказать, что в политическом и экономическом плане со стороны центральных властей и местной администрации не было дискриминации в отношении удмуртов и других нерусских народов Вятской губернии по сравнению с русскими крестьянами [5, с. 142]. Сокращение их численности в процентном соотношении было обусловлено процессом этнокультурной ассимиляции.

В 1812 – 1814 гг. этническое многообразие Вятской губернии отразилось в особых формах участия разных народов в военных событиях. Так, в 1812 г. на территории Вятской губернии формировалась тептярская и башкирская иррегулярная конница. Тептяри в 1813 г. принимали участие в осаде Данцига. Башкирские части прошли с боями до Парижа. Русские, а также крещёные удмурты и марийцы служили в регулярных войсках и ополчении.

Русские, а также абсолютное большинство удмуртов и марийцев придерживались православия. Среди русских много было старообрядцев. Часть удмуртов, марийцев, бесермян и тептярей придерживались языческих верований. Абсолютное большинство татар и башкир были мусульманами.

Среди дворян, чиновников и приказных служителей Вятской губернии было относительно много немцев, придерживающихся протестантизма. В    1810 г. насчитывалось 17 лиц и семейств лютеранского вероисповедания. Среди них были губернатор Ф.И. фон Брадке с супругой и двумя сыновьями, вице-губернатор фон Стакельберг с супругой, сыном и двумя дочерьми, губернский казначей Граф. Католического вероисповедания придерживался командир Вятского гарнизонного батальона фон Бистром с супругой. В 1810 г. в Вятской губернии проживало 13 лиц иудейского вероисповедания – 2 в Вятке и 11 в Сарапуле [6, л. 70, 73].

Таким образом, Вятская губерния была многоконфессиональным регионом. При этом в архивных документах не обнаружено свидетельств  серьёзных конфликтов на национальной или религиозной почве, происходящих в Вятской губернии в эпоху наполеоновских войн.

Абсолютное большинство населения Вятской губернии составляли крестьяне. Из общей массы крестьян 89 % были государственными, около 9 % – удельными и 2 % – помещичьими. Помещичьи и удельные землевладения располагались преимущественно в южных уездах губернии (Яранском, Уржумском, Елабужском, Сарапульском), где климат и плодородие почвы позволяли получать больший урожай. Но и там большинство крестьян были государственными.

Яркую характеристику особенностей вятских крестьян дал Никодим Казанский: «Вятская губерния в собственном смысле есть мужицкое царство. Она наполнена одними крестьянами… Господских крестьян (следовательно и господ) вовсе нет: всё экономические и удельные. Оттого они и богаты. Южный и восточный края заселены черемисами и вотяками. Из них, даже доселе, довольно язычников. Но они кротки и робки, и при крайней простоте жизни, при богатстве природы, зажиточны… Вятчане ужасно грубы, упрямы, своевольны. Им приказывать нельзя, надо умолять… По крайней простоте нравы вятчан, хотя и грубы, однако просты. У них много и добродетелей. К религии они вообще довольно теплы, хотя по невежеству тоже грубы…» [7, с. 75-77].

Простотой нравов отличалось и население городов Вятской губернии, что в свое время удивило и даже шокировало находящегося в вятской ссылке    А.И. Герцена, заметившего, что он «узнал людей без маски в Вятке; тут их скорее можно узнать, ибо люди здесь ходят по-домашнему, не давая себе труда скрываться» [8, с. 209-210]. Подобный стиль поведения в той или иной мере был характерен для представителей всех сословий.

Глубинные особенности духовной жизни и традиционной деятельности вятчан определяли их сознание и характер. В них присутствовали общерусские черты – религиозность, коллективизм, взаимопомощь, социальная справедливость, равенство, соборность, державность. Они аккумулировали исторически накопленный социальный опыт. В них сводились в целостное мировоззрение все явления действительности, связывались прошлое, настоящее и будущее. В то же время суровые природные условия Вятского края и земледельческий опыт вятского крестьянства, а также этнокультурные особенности Вятского региона породили ряд специфических черт – медлительность, осмотрительность, бережливость к окружающей природе, орудиям труда, собственным физическим силам, и одновременно – умение работать рывками, терпеливость, упорство [9, с. 207-209]. Всё это придавало характеру и менталитету вятчан колорит и основательность.