Тордированные гривны из древнемордовских могильников I тысячелетия н. э. изготовлены из круглого в сечение или ограненного дрота, который в горячем состоянии перекручивали, отчего на его поверхности появлялась винтообразная нарезка. Гривны застегивали на груди с помощью застежки (замка) в виде раскованной петли-приемника и крючка. Данные украшения отличаются друг от друга по сечению дрота, из которого они изготовлены и по форме замка.

Находки тордированных гривен в древнемордовских могильниках весьма немногочисленны. В настоящее время опубликованы данные всего о пяти находках, малочисленность которых, видимо, свидетельствует о том, что эти украшения являются импортом.

По одной гривне, изготовленных из ограненного дрота, с замком в виде простого крючка и слабо раскованного щитка с пробитым отверстием, зафиксировано в Старшем Селиксенском (погребение 160а) и в Селиксо-Трофимовском  (погребение 52) могильниках (рис.1, 1, 3).

Рис.1. Гривны и фибула: 1,2 - Селиксо-Трофимовский могильник, 3 - Селиксенский могильник.

Еще три экземпляра найдено в Абрамовском могильнике, два из которых изготовлено из дрота, имеющего  округлое сечение. Погребения 39 и 145 (рис.2, 2, 4). Гривны утончаются к концам, которые заканчиваются замком в виде простого крючка, расположенного в плоскости гривны, и небольшого округлого или овального щитка с отверстием.

Гривна из  погребения  70 изготовлена из дрота ромбического сечения. (рис.2, 1). Она имеет замок в виде короткого крючка, отогнутого перпендикулярно плоскости гривны, и расплющенного щитка с вогнутыми боковыми краями. Щиток у конца имеет выбитую с внутренней стороны ямку, в которую вставляется крючок. Длина щитка – 4 см, ширина – до 1,3 см. Лицевая сторона щитка орнаментирована заштрихованными треугольниками, точечными вдавлениями.

В монографии «Хронология могильников населения I–XIV вв. западной части Среднего Поволжья» данные гривны классифицированы по трем типам, в основу которых положена форма замкового щитка. К типу 1Б1а отнесены гривны со слабо выраженным щитком округлой формы из погребений Старшего Селиксенского и Селикса-Трофимовского могильникв. К типу 1Б1б – гривны с округлым щитком из погребений 39 и 145 Абрамовского могильника. К типу 1Б2 – гривна с фигурным щитком из 70-го погребения Абрамовского могильника и погребения 13 Пановского могильника [13, с. 17].

Однако в диссертации О.В. Зеленцовой [14], также как и в монографической публикации Пановского могильника [15, с.16-17] данные о находке тордированной гривны в 13-ом погребении данного могильника отсутствуют.

На наш взгляд не является оправданным также выделение типа 1Б1б, который незначительно отличается от типа 1Б1а, только размерами щитка. При этом авторами типологии не учтено сечение дрота, которое является более важным признаком, поскольку носит качественный, а не количественный характер. С учетом внесенных поправок следует выделить следующие типы:

Тип 1Б1а – гривны четырехгранного сечения с замком овальной формы, к которым относятся находки из погребений Старшего Селиксенского и Селикса-Трофимовского могильника.

Тип 1Б1б – гривны четырехгранного сечения с замком фигурной формы, к которому относится находка из погребения 70 Абрамовского могильника.

Тип 1Б2  – гривны округлого сечения с замком округлой формы, к которым относятся находки из погребений 39 и 145 Абрамовского могильника.

По находке в погребении 52 Селикса-Трофимовского могильника двучленной подвязной фибулы (рис.1, 2), тордированные гривны типа 1Б1а были отнесены В.И. Вихляевым ко второй половине IV – началу V века, причем данная датировка фактически была положена и в основу хронологии 6 стадии могильников западного Поволжья [13, с.17, 135].

Рис.2. Тордированные гривны и кольцо из Абрамовского могильника: 1 -погр.70, 2 - погр. 145, 3 - погр. 58, 4 - погр. 39.

Следует отметить, что подобная фибула вместе с тордированной гривной такого же типа была зафиксирована П.П. Ефименко и в погребении ХХII Гавердовского могильника [16, с.19, 35, рис.15, 1].

В исследовании О.А. Гей и И.А. Бажан, посвященным хронологии эпохи «готских походов» массовое распространение указанных типов фибул в черняховской культуре относится к 3 периоду, хронологические рамки которого определяются 310/320 – 350/355 гг. [17, с. 47]. Однако распространение самих тордированных гривен в черняховской культуре по материалам Цебельдинских некрополей данные авторы относят к периоду 350 – 375 гг.  [17, с. 85, табл.12, 10].

В.В. Гришаков, в разработанной им хронологии мордовских древностей III – IV вв., относит погребения Старшего Селиксенского и Селикса-Трофимовского могильника с тордированными гривнами типа 1Б1а к третьей хронологической группе, которую он в целом датирует первой половиной IV века [18, с.100-101].

В системе хронологии Абрамовского могильника погребения с тордированными гривнами типа 1Б2 оказались рассредоточены по разным хронологическим участкам данного памятника. Погребение 39 располагается на 3-ем участке, погребение 145 – на 4-ом участке, что предполагает бытование этих гривен со второй половины IV – до первой половины V века [6, с. 259 – 263].

Однако, следует отметить, что в 58-ом погребении Абрамовского могильника найдено бронзовое тордированное височное кольцо, вероятно, сделанное из обломка гривны (рис.1, 3). В данном погребении обнаружен перстень со спиралевидным щитком, аналоги которому имеются в погребении 5 Ражкинского могильника и погребении 11 Шемышейского могильников,  датированные В.В. Гришаковым серединой III века [19, рис.20, 5]. Довольно широко такие перстни распространены в Восточной Прибалтике, в частности в погребениях Второго могильника Кохтла-Ярве, которые датируются М.Х. Шмидхельм III веком [20, с. 139-140, рис. 34, 10]. Абрамовское погребение 58 находится на площади 1-го хронологического участка, захоронения которого датируются временем не позже начала IV века [6, с.256-258].

Погребение 70 с гривной типа 1Б1б на площади Абрамовского могильника расположено на 4-ом хронологическом участке, захоронения которого относятся к первой половине V века [6, с.262-263].

Источником заимствования традиции ношения тордированных гривен на древнемордовских памятниках, скорее всего, являлась культура рязано-окских могильников, в которой подобные украшения были распространены значительно шире. По наблюдениям И.Р. Ахмедова, первые находки подобных гривен на Средней Оке получают распространение в финале периода 2В, что соответствует времени рубежа III – IV вв. [21, с.142]. Причем тордированные гривны здесь в основном являлись принадлежностью мужского костюма, тогда как в древнемордовских погребениях они встречаются среди женского набора украшений.

В культуре рязанско-окских могильников данные гривны бытуют до начальной фазы периода 3А включительно, которая приходится на последнюю четверть IV – начало V века [21, схема 3]. Началом V в. был датирован Н.А. Кренке клад, содержащий обломок тордированной гривны, обнаруженный  Д.Я. Самоквасовым при шурфовке Дьяковского городища [22, с.17].

Таким образом, с учетом хронологии тордированных гривен в культуре рязано-окских могильников,  время бытования данных украшений на мордовских памятниках, по всей видимости,  охватывает период со второй четверти IV – по начало V века.

После её выхода автором совместно с В.Н. Шитовым была разработана типология шейных гривен [2] и общая хронология  Абрамовского могильника, на площади которого было выделено 7 разновременных участков [3]. В отдельной статье были уточнены вопросы планиграфии расположения захоронений [4].  В двух статьях были рассмотрены вопросы хронологии наиболее ранних и самых поздних погребений на могильнике [5-6]. Также были проанализированы изделия с выемчатыми эмалями, содержащиеся в четырех абрамовских захоронениях [7] и пластинчатые бляхи с накладками [8]. Кроме того, материалы Абрамово были положены в основу анализа погребального обряда тешской группы мордовских могильников IV-VII вв. [9]. Данная работа продолжает серию статей, посвященных изучению данного памятника. В ней рассматриваются материалы, полученные при исследованиях памятника В.Ф. Черниковым.

Абрамовский могильник расположен на первой надпойменной террасе левого берега реки Теша (в полутора километрах от современного русла реки), вблизи центральной части улицы Лисенкова (бывший «Каленный конец») села Абрамово Арзамасского района Нижегородской области. Вся территория могильника занята огородами и постройками жителей юго-восточного порядка улицы. Под склоном террасы в ряде мест до сих пор имеются небольшие продолговатые озера, оставшиеся от старого русла р. Теша. Площадь могильника в целом ровная, лишь в 60-70 м от домов к северо-востоку начинался довольно крутой спуск в пойму Теши. Высота склона около 7 м.

В 1961 году учитель М.Ф. Пижин передал Горьковскому Историко-архитектурному музею-заповеднику наконечник копья, найденный на огороде. Судя по рисунку из отчета В.Ф. Черникова наконечник имел перо ромбической формы с резко обозначенными плечиками (рис.1, 1). Однако в остальных погребениях могильника наконечников такой формы не зафиксировано, и судя по всему данный рисунок имеет элементы стилизации.

На следующий год старшим научным сотрудником музея В.Ф. Черниковым были проведены исследования на территории памятника, где им был заложен шурф 2 х 3 м на усадьбе В.И. Харитонова в 3 м от бани. На глубине 0, 38 м на уровне материковой глины было выявлено пятно могильной ямы (погребение 1). Длина – 1,95 м, ширина – 0, 55 м. Глубина от верхней «границы шурфа» – 1, 58 м (рис.1, 2).

Погребение женское, ориентированное головой на север. В изголовье погребенной стоял широкогорлый сосуд с короткой шейкой, изготовленный из глины с примесью шамота (рис.1, 7). На шее умершей было зафиксировано ожерелье из красных пастовых и стеклянных позолоченных бус, бронзовые пронизки и две гривны. Первая гривна дротовая. Судя по рисунку, она имела в своей средней части ромбическое сечение и зауженные концы (рис. 1, 4).  Аналогичная гривна была зафиксирована М.Ф. Жигановым в 136 погребении данного могильника [2, с. 219, рис.2, 1]. Подобная гривна, но только с крючком на одном из сохранившихся концов, который был дополнительно обмотан проволокой, была обнаружена также в 145 погребении [2, с. 219, рис.2, 2]. В 145 погребении также была найдена бронзовая фибула с плавно прогнутой спинкой с расширенной книзу ножкой, которые, по наблюдениям В.Н. Шитова, встречаются в комплексах периода С3 на территории Южной Норвегии, где датируются серединой третьей четверти IV в. [10, с.36-37, рис.3, 18].

Рис.1. План погребения и погребальный инвентарь из Абрамовского могильника.

В материалах других мордовских памятников находки подобных гривен не известны. Гривна подобного типа с ромбическим сечением дрота зафиксирована в погребении 30 Кошибеевского могильника,  в комплексе вместе с нагрудной бляхой, имеющей два концентрических валика [11, с. 35, табл. V, 13, 14], которая продатирована В.Н. Шитовым в пределах III в. [10, с.38]. Более поздним временем – концом V – началом VI века датирует 142 погребение с подобной гривной Безводнинского могильника Ю. А. Краснов [12, с.45, 93]. Однако его датировка материалов данного могильника по ряду параметров представляется нам омоложенной.

Вторая гривна изготовлена из дрота округлого сечения, концы которого обернуты проволокой с напущенными бронзовыми бусами и с замком в виде простого крючка, отогнутого перпендикулярно плоскости гривны и  круглой уплощенной коробочки диаметром около 4 см, имеющей с обратной стороны отверстие для крючка. На лицевой пластине коробочки имеются пять крестообразно расположенных выпуклин (рис.1, 5). Как известно размеры коробочки являются хронологическими индикаторами, и гривны с малым диаметром по материалам рязано-окских могильников датируются в пределах второй трети IV века [13, с. 193, 200].

На Абрамовском могильнике гривны с диаметром коробочки не более 4 см обнаружены еще в двух погребениях: 14 и 150 [2, с. 220, рис.3, 1, 2].

На правой руке умершей, положенной кистью на верхнюю часть груди, был найден пластинчатый браслет с расширенными концами, украшенный сложными геометрическими узорами, состоящими из заштрихованных треугольников «ёлочек», поперечных и продольных линий, косой сетки, зигзагов. Орнамент выполнен насечками, прямыми и зигзаговыми нарезками, вдавлениями в виде точек и пунктира (рис.1, 6). Подобные браслеты, концы которых расширены не более, чем в два раза обнаружены еще в 11 погребениях: 14 (2 экз.), 33 (5 экз.), 71, 92, 112, 123 (3 экз.), 126, 128, 130 (2 экз.), 136 (2 экз.), 209 (3 экз.), что свидетельствует о достаточно длительном периоде их бытования на могильнике с середины IV –  до конца V века [3, с.259-264].

На груди умершей зафиксирована бронзовая бляха с орнаментом из рядов выпуклин, расположенных по обе стороны от диаметральной накладки, имеющей фигурную форму (рис.1, 3). По хронологии В.И. Вихляева бляхи с диаметральными накладками (тип 6А) относятся стадии существования древнемордовских могильников, которая датируется второй половиной IV – началом V века [14, с. 135], однако, все рассматриваемые им бляхи украшены резными концентрическими линиями. Бляхи с корпусом, орнаментированным выпуклинами, видимо, появляются позже. Промежуточным звеном между ними, возможно, являются изделия с гладким корпусом, находка одной из которых зафиксирована в погребении 10 рязано-окского могильника Кораблино [13, с.40, рис.5, 4]. По материалам Кошибеевского могильника появление блях с диаметральной накладкой, по-видимому, относится к первой половине IV века [15].

Таким образом, наиболее вероятным временем совершением погребения 1 Абрамовского могильника является середина – вторая половина IV века.