УДК 94(47)

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ВОЙНА 1812 Г. И НАРОДНОЕ ОПОЛЧЕНИЕ РОССИИ

Цеглеев Эдуард Александрович
Вятская государственная сельскохозяйственная академия
кандидат исторических наук, доцент кафедры истории и философии

Аннотация
В статье рассматривается патриотическое движение в России во время Отечественной войны 1812 г. В ополчение было привлечено около 420 тысяч человек. Из них 320 тысяч приняли непосредственное участие в боевых действиях. Помимо народного ополчения в узком смысле, можно говорить о существовании в России в 1812 г. ополчения в широком смысле. Вся страна по сути представляла собой ополченческий лагерь. Каждый, от императора до крестьянина, в меру своих возможностей внёс вклад в общее дело освобождения России от захватчиков.

Ключевые слова: Александр Ӏ, Вятская губерния, Ополчение, Отечественная война 1812 г., партизаны, патриотизм, Россия


THE PATRIOTIC WAR 1812 AND THE TERRITORIAL ARMY OF RUSSIA

Zegleev Eduard Alexandrovich
Vyatka State Agricultural Academy
Candidate of historical sciences, Associate professor of History and Philosophy chair

Abstract
The article deals with the patriotic movement in Russia during the Patriotic war 1812. The home guard attracted about 420 000 men. Among them 320 000 participated in the military operations. Besides the Home guard in the narrow sense of the word, its possible to say about the Russian Home guard of 1812 in the wide sense. The whole country was like an army camp. Everyone, from Emperor to peasant, according to their lights contributed to the common cause of liberation of Russia from the enemy.

Keywords: Alexander I, Home guard, Napoleon, partisans, Patriotic war 1812, patriotism, Russia, Vyatka province


Библиографическая ссылка на статью:
Цеглеев Э.А. Отечественная война 1812 г. и Народное ополчение России // История и археология. 2015. № 1 [Электронный ресурс]. URL: http://history.snauka.ru/2015/01/1426 (дата обращения: 29.09.2017).

В ходе Отечественной войны1812 г. и Освободительного похода 1813 – 1814 гг. в России в ополчение было привлечено около 420 тысяч человек. Из них 320 тысяч приняли непосредственное участие в боевых действиях. Ополченцы активно привлекались к возведению оборонительных укреплений, к охране различных территорий и объектов от проникновения туда неприятельских отрядов, составляли гарнизоны городов и крепостей. Ополченцы покрыли себя славой в сражениях. Испытывая недостаток вооружения, они со стоическим мужеством оборонялись и с самоотверженной храбростью атаковали.

Оказав большую помощь регулярной армии, созданное народное ополчение оправдало себя и в политическом плане. К его формированию в той или иной форме привлекались представители всех сословий. Патриотизм и чувство сопричастности к общему делу по защите Отечества даже в самые трудные минуты вселяли в людей уверенность в победе и осознание необходимости жертв ради неё.

Когда 2 сентября1812 г. французы вошли в Москву, в кремлёвских воротах несколько патриотов встретили их выстрелами из пушки. Прежде, чем они погибли, с обеих сторон раздалось 10 пушечных выстрелов [1, с. 111]. В тот же день между 8-ю и 9-ю часами вечера в Москве начался пожар [2, с. 141]. Конечно, в условиях хаоса пожар мог возникнуть и стихийно, но были факты и сознательного поджога. Так, 24 сентября1812 г. в Москве французская военная комиссия судила 26 поджигателей, пойманных на месте и в момент совершения «преступления» с фитилями, факелами, фосфоровыми замками, серой и другими зажигательными средствами. Среди них было 9 полицейских, поручик Московского полка Игнатьев, солдаты, московские мещане [3, с. 166]. Высокий процент среди поджигателей полицейских и военнослужащих, а также вывоз из Москвы накануне её оставления всех средств тушения пожара говорит в пользу распространенной версии об организации пожара главнокомандующим в Москве Ф.В. Ростопчиным, еще 18 августа1812 г. заявившим, что в случае вступления в неё французов он «обратит город в пепел» [4, с. 64].

Твёрдую решимость оказать сопротивление наполеоновским войскам проявила провинция. Когда до Вятской губернии дошло известие о занятии Наполеоном Москвы, священнослужители Уржума создали своё ополчение, которое в случае приближения неприятеля к городу должно было дать ему отпор, а жители Елабуги «все готовы были вооружиться к защите Отечества и престола» [5, л. 37]. В сложной военно-политической обстановке вятчане продемонстрировали готовность приступить к такой форме военной самоорганизации, как создание всеобщего ополчения. Этот скрытый ресурс провинции использовался в крайнем случае и показал свою эффективность в начале ХVII в.

Твёрдость духа проявил и император Александр I, заявивший в ответ на предложение Наполеона о мире: «Я отращу себе бороду и лучше соглашусь питаться картофелем с последним из моих крестьян, нежели подпишу позор Моего Отечества и дорогих Моих подданных, жертвы коих умею ценить» [6, с. 118]. Твёрдость императора была замечательна ещё и тем, что при дворе и среди петербургской аристократии в то время были распространены пораженческие настроения.

Основным ресурсом, на который опиралась система Российской империи в экстремальных условиях, как показали события сентября1812 г., была самоотверженная решимость широких народных слоёв отстаивать независимость своей страны, привычный уклад жизни (который не следует сводить только к крепостничеству). В этой борьбе оправданными признавались любые формы сопротивления, в том числе – осуждаемые в Европе и не приветствовавшиеся при дворе, такие, как партизанское движение, диверсии [7, с. 228]. Пример такой всенародной, тотальной войны за независимость и её эффективность уже показала Испания. Русских патриотов вдохновлял пример испанских повстанцев. 16 июля1812 г. Ф.Н. Глинка записал в дневнике: «Кажется, в России, равно как и в Испании, Наполеон будет покорять только землю, а не людей». А в письме надворного советника Кристина от 20 июля говорилось: «Я надеюсь, что Россия станет новой Испанией» [8, с. 39]. Тотальный характер войны, развернувшейся на просторах России, подметил Д.П. Рунич: «Русский человек защищал в 1812 году не свои политические права. Он воевал для того, чтобы истребить хищных зверей, пришедших пожрать его овец и кур, опустошить его поля и житницы» [9, с. 4].

Накануне войны французские шпионы доносили Наполеону, что в случае войны он может «рассчитывать на крестьян, которые будут очень расположены стать на сторону победоносной французской армии, потому что они только и мечтают о свободе» [10, с. 94]. Доктор Меливье, живший в России 20 лет, уверял Наполеона, что «как только французы появятся под Москвою, крестьяне восстанут против своих господ и вся Россия будет покорена» [11, с. 2]. Нельзя не отметить, что подобные опасения высказывались и в России, в частности, Ф.В. Ростопчиным. В1810 г. в записке «О состоянии Москвы» он писал: «Трудное положение России, продолжительныя войны, и паче всего пример французской революции производят в благонамеренных уныние, в глупых – равнодушие, а в прочих – вольнодумство. Дерзость в народе несуществующая; того и гляди вспыхнет движение. Начало будет грабежи и убийство иностранных (против коих народ раздражён), а после бунт людей барских, смерть господ и разорение Москвы… Трудно найти в России половину Пожарского; целыя сотни есть готовых итти по стопам Робеспьера и Сантера» [12, с. 171].

Отдельные факты симпатии к Наполеону и шпионажа в пользу французов действительно были. Так, в июле1812 г. в одном из московских трактиров бывший студент Урусов говорил, что «приход Наполеона в Москву послужит общему благополучию», за что был избит посетителями и сдан в полицию [13, с. 128]. В сентябре1812 г. в Нижегородской губернии был задержан французский шпион крестьянин из Витебской губернии Рачков, производивший осмотр крепостей за обещанную ему награду в 100 руб. [14, с. 81]. Его четверым сообщникам удалось сбежать предположительно, в Вятскую губернию, где до1814 г. производился их розыск [15, л. 1-13]. Надо сказать, что в1812 г. среди коренных жителей русской провинции, в частности, Вятской губернии, фактов симпатии к Наполеону, а тем более – шпионажа в пользу французов, вообще не зафиксировано.

Крестьянские мятежи, обусловленные тяжелым социально-экономическим положением крестьян, были в России начала ХIХ в. обычным явлением. Так, в1807 г. крестьяне Сарапульского уезда Вятской губернии волновались из-за их приписки к Камским заводам [16, с. 210]. Однако интересна динамика изменения по годам числа крестьянских волнений в России. В 1801 – 1805 гг. их было 45, в 1806 – 1810 гг. – 38, в 1811 – 1815 гг. – 36, в 1816 – 1820 гг. – 87 [17, с. 58]. Эти данные свидетельствуют о том, что в годы Отечественной войны 1812 г. и Освободительного похода 1813-1814 гг. число крестьянских волнений было меньшим по сравнению с другими периодами. Вопреки опасениям Ф.В. Ростопчина, крестьяне не пошли «по стопам Робеспьера и Сантера», а в первую очередь встали на защиту своей страны.

Об этом свидетельствует мощное партизанское движение против оккупантов от Белоруссии до Московской губернии [18, с. 116]. Сам факт того, что сотни тысяч вооружённых крепостных крестьян, собранных в ополчение, не восстали «против своих господ» и не перешли на сторону «победоносной французской армии», а сами её побеждали, стал красноречивым ответом и иностранным «знатокам» России, и отечественным скептикам.

Таким образом, помимо народного ополчения в узком смысле, можно говорить о существовании в России в 1812 – 1814 гг. ополчения в широком смысле. Вся страна по сути представляла собой ополченческий лагерь, где каждый, от императора до крестьянина, в силу своего статуса и в меру своих возможностей внёс свой вклад в общее дело освобождения России и Европы от захватчиков.

В послевоенное время лица, служившие в ополчении, пользовались уважением и почётом, а родные и близкие испытывали за них особую гордость. Так, в1838 г. в письме А.И. Михайловскому-Данилевскому протоиерей Вятского Спасского собора и ректор Вятских духовных училищ Пётр Орлов сообщал о своем брате священнослужителе Гаврииле Орлове, поступившем в ополчение, мужественно сражавшемся в1813 г. с французами и скончавшемся в1815 г. от полученных ран [19, с. 72].

Ополчение1812 г., на протяжении многих послевоенных десятилетий вызывало интерес государственных и общественных деятелей России. В1836 г. сенатор Михайловский-Данилевский обратился к вятскому губернатору Тюфяеву с просьбой доставить сведения о Вятском ополчении, необходимые ему для написания книги об Отечественной войне1812 г. и Освободительной войне 1813 – 1814 гг. В1847 г. с подобной же просьбой к вятскому губернатору Середе обратился Главноуправляющий путями сообщения Клейнмихель [20, л. 1]. В1883 г. в Москву на освящение сооружённого в память Отечественной войны1812 г. храма Христа Спасителя были приглашены ветераны, в том числе ополченцы, имеющие награды за отличия в Отечественной войне1812 г. и Освободительном походе 1813 – 1814 гг. [21, л. 16].


Библиографический список
  1. Готье Ю.В. Французы в Москве // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 4.
  2. Катаев И.М. Пожар Москвы // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 4.
  3. Мельгунов С.П. Кто сжег Москву? // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 4.
  4. Мельгунов С.П. Ростопчин – московский главнокомандующий // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 4.
  5. Государственный архив Кировской области (ГАКО). Ф.582. Оп. 81. Д. 1 130.
  6. Довнар-Запольский М.В. Отношение императора Александра I к Отечественной войне и его роль в ней // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 3.
  7. Алексеев В.П. Народная война // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 4.
  8. Додолев М.А. Россия и война испанского народа за независимость (1808 – 1814 гг.) // Вопросы истории. – 1972. – № 11.
  9. Ростунов И. Народные массы России в Отечественной войне1812 г. // Военно-исторический журнал. – 1962. – № 6.
  10. Безотосный В.М. Разведка Наполеона в России перед1812 г. // Вопросы истории. – 1982. – № 10.
  11. 1812 год и крестьянские мятежи на Урале // Вятская речь. – 1912. – № 186.
  12. Жаринов Д.А. Первые впечатления войны. Манифесты // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 3.
  13. Сивков К.В. Война и цензура // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 4.
  14. Семевский В.И. Волнения крестьян в1812 г. // Отечественная война и русское общество. 1812 – 1912: В 5 т. – М., 1912. – Т. 4.
  15. ГАКО. Ф. 583. Оп. 602. Д.461. Лл. 1 – 13.
  16. Крестьянское движение в России в 1796 – 1825 гг. Сборник документов. – М., 1961.
  17. Бычков Л.Н. О классовой борьбе в России во время Отечественной войны1812 г. // Вопросы истории. – 1962. – № 8.
  18. Бескровный Л.Г. Партизаны в Отечественной войне1812 г. // Вопросы истории. – 1972. – № 1.
  19. Материалы для истории Отечественной и Освободительной войны 1812 – 1813 – 1814 гг. по Вятской губернии // Труды Вятской учёной архивной комиссии. – Вятка, 1912. – Вып. 3. – Отд. 2.
  20. ГАКО. Ф. 582. Оп. 48. Д. 674.
  21. ГАКО. Ф. 582. Оп. 15. Д. 87.


Все статьи автора «Цеглеев Эдуард Александрович»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: