УДК 94:26/28(477.83/.86)

РАСПРОСТРАНЕНИЕ ПРАВОСЛАВИЯ В ГАЛИЧИНЕ В КОНТЕКСТЕ ОККУПАЦИОННОЙ ПОЛИТИКИ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ 1914-1915 ГГ.

Цюцяк Роман Богдановыч
Прикарпатский национальный университет имени Василия Стефаника
аспирант кафедры История Словян

Аннотация
Работа посвящена религиозные политике Российской империи в Галичине 1914-1915гг. Предоставляется короткий анализ деятельности Российского правительства в распространении православия и деятельность миссионерских миссии. Основное внимание уделяется причинам и механизмам антикатолической политики русского царизма с помощью православного духовенства и гражданских лиц из галицких украинском с Русской Православной Церковью на примере 1914-1915гг. впершии период оккупации Галичины Российской империей.

Ключевые слова: Австро-Венгерская империя, Архиепископ Евлогий, Г.О.Бобринський, Галичина, Греко-католическая церковь, москвофилы, Первая мировая война, Российская империя, Русская Православная церковь.


THE SPREAD OF ORTHODOXY IN GALICIA IN THE CONTEXT OF THE OCCUPATION POLICY OF THE RUSSIAN EMPIRE OF 1914-1915.

Tsyutsyak Roman Bohdanovіch
Prykarpatskyy National University Named Basil Stefanik
aspyrant the department History of Slavs

Abstract
The work is devoted to the religious policy of the Russian Empire in Galicia 1914-1915rr. A brief analysis of the Russian government in spreading the Orthodox missionary activities and mission. . The focus is on causes and mechanisms of anti-Catholic policy of Russian Tsars using the Orthodox clergy and civilians from the Galician Ukrainian Russian Orthodox Church as an example 1914-1915rr. vpershyyi Galicia during the occupation by the Russian Empire.

Keywords: Archbishop Eulogius, Austria-Hungarian Empire, first world war, Galicia, H.O.Bobrynskyy, Muscophiles, Russian Orthodox Church. Greek-Catholic Church, the Russian Empire


Библиографическая ссылка на статью:
Цюцяк Р.Б. Распространение православия в Галичине в контексте оккупационной политики Российской империи 1914-1915 гг. // История и археология. 2015. № 5 [Электронный ресурс]. URL: http://history.snauka.ru/2015/05/2126 (дата обращения: 29.09.2017).

 Исследование религиозной политики Российской империи в Галичине в годы оккупации вызывает особый интерес в историков, но, к сожалению, оно довольно слабо представлен в современной украинской историографии. Нужно констатировать факт необходимости таких исследований, ведь они должны пролить свет на «темные страницы» истории Первой мировой войны, в том числе истории Украины, Польши и России. Общеизвестным является факт, что с началом оккупации Галичины Российской империей в годы Первой мировой войны предоставлялась религиозная мотивация: борьба за «изгнание» католицизма и унии с исконных православных земель и возвращение населения в «дедову» веру.

     Некоторые аспекты, связанные с изучением указанной проблемы, рассматриваются в трудах И. Кучера [1], А. Бахтурин [2], И. Патера [3], А. Мазура [4], И. Ильницкого [5].

В этом исследовании автор ставит перед собой цель осуществить комплексный анализ первого этапа деятельности оккупационной Российской власти в религиозной политике и показать попытки введения православия в Галичине в годы Первой мировой войны. Накануне военного столкновения с Российской империей ни правительство Австро-Венгрии, ни высшая церковная власть Греко-католической церкви не смогли выработать меры против пошиᴩᴇʜня православного движения в Галичине [6]. Ведь уже в августе 1914 году. Российские войска взяли Львов. После победы русской армии наступил период политико-культурной оккупации, которая ознаменовалась символическим триумфом русского языка – “выразительницы русского духа”. Многие униатские священники отступили вместе с австрийскими войсками. Местное население начало просить о назначении в приходе православных священников. Глава оккупации генерал-губернатор граф Г.О.Бобринский решил воспользоваться ситуацией, чтобы максимально уменьшить влияние местного духовенства. Было установлено наблюдение за католическими и униатских священниками. Начались аресты и депортации во внутренние губернии России, наиболее громким стал арест митрополита Андрея Шептицкого [7 ; с 69]. Шептицкий был не единственным греко-католическим священнослужителем, арестованным русским и оккупационными властями. Согласно справке, подготовленной для Министерства иностранных дел, в феврале 1915 года из Галичины по распоряжению генерал-губернатора высланы “за враждебную, вредную деятельность и подозрение в шпионаже 20 униатским священников, 13 Ксендзов и 12 монахов, из них в европейскую Россию – 14 в Сибирь – 5 ” [8 ;арк  22]. В том Чесли И. Боцяна – ректора духовной семинарии, С. Юрина – золочевского декана, М. Цегельского – каменка-струмиливського декана, М. Яцковского – канцлера Львовской митрополии консистории. Со ссылкой митрополита в Галиции не осталось ни одного греко-католического владыки: Станиславский епископ Григорий (Хомишин) все время за годы российской оккупации находился в Вене, епископ Константин (Чехович) с осадой Перемышля оказался отрезанным от своей епархии, а вскоре, в апреле 1915 г. ., после захвата города русскими войсками, там и умер [9].

   Часть российских чиновников и иерархов уже не считала нужным придерживаться формальностей, как это предполагалось накануне войны [10]. Свидетельством этого было назначение 28 августа 1914 архиепископа Волынского Евлогия (Георгиевского) управляющим церковнимы делами на территории Галичины. Сам архиепископ считал, что причиной назначения был, во-первых, тот факт, что он давно занимался миссионерской деятельностью (“Мы с архиепископом Антонио вели не¬большую пропаганду”), а, во-вторых, его знакомство с галицкими мо¬сквофиламы и деятелями “Русско-Галицкого Общества” (графом В. Бо¬бринським, Виргиния и другими) [11]. Кроме “гибкости” в канонических вопросах архиепископ Евлогий имел опыт работы в Холмской епархии – территории, где уния была ликвидовано только 1875 году, путем “добровольного воссоединения”. Его назначение, таким образом, могло быть истолковано и как недвусмысленный намек на то, что и в Галичине будет воплощено подобную модель. Архиепископ особо и не скрывал этого. Он в одной из своих первых обращений после назначения, обращаясь к духовенству Холмской епархии, призвал оказать помощь православной миссии в Галичине: “В семидесятые годы священники галицийские много работали на Холмщине во время отрыва её от унии, пусть же теперь священники Холмские окажут братскую помощь Галиции» [12 ; с. 14]. Значительные усилия прилагались к обращению греко-католиков на православную веру. Под руководством архиепископа Волынского Евлогия в Галичину было направлено сотни православных священников из России. Они предназначались на место греко-католических священников, которые были вывезены или из страха преследования выехали вслед за австрийской армией [13]. Так, в Раво- Русском уезде на сентябрь 1914 в православие перешло 4 приходы, в Греко-католическом осталось 54 прихода, что показывает, что православие распространялось очень медленно при отсутствии православных священников на местах, которые вели миссионерскую деятельность . 21 приход остался без священников, которые Российская империя [14 ; арк. 18], в Каменка-Струмиливському уезде – тоже четыре прихода [15; арк. 24]. в Рогатинском уезде православия “не имело успеха” и случаев перехода не было [16 ; арк. 29], В Комарнивськону уезде – один приход [17 ; арк. 89] ,  Городоцькому – две [18 ; арк. 141], Перемышлянском – пять приходов [19 ; арк. 80]. Перевод верующих греко-католической церкви в лоно православной церкви протопресвитер военного и морского духовенства Г. Шавельский рассматривал как лучшую основу для полного и прочного “государственного объединения Галичины с Россией”[20 ; арк. 16]. Программа мероприятий по униатов и униатского духовенства разрабатывалась националистически настроенными деятелями как в Галичине, так и в Петрограде. На заседании Петроградского отделения Галицко-русского общества 14 сентября 1914 была принята подробная резолюция по религиозному вопросу в Галиции. Рекомендовалось строжайшее соблюдать принцип добровольности при переходе из униатства в православие с сохранением для всей местности церковной обрядности. Но наряду с этим предлагалось:

• отстранить от должности греко-католических епископов, стремящихся к латинизации восточного обряда;

• прекращать всякую агитацию против православия; выгонять униатских священников из сел, которые вполне перейдут в православие [21].

     Распоряжением от 26 сентября 1914 Г.А. Бобринский запретил владыкам всех конфессий без согласования с ним назначать священников на вакантные должности. Запрещалось также допускать к выполнению пастырских обязанностей тех священников ГКЦ, которые оставили свои приходы во время наступления российских войск [22 ; арк. 11]. Поэтому циркуляр 26 сентября имел двойное значение: генерал-губернатор, с одной стороны, отстаивал принципы веротерпимости, с другой, накладывая ограничения на деятельность священников-униатов [23]. 29 сентября 1914 военный генерал-губернатор Галичины циркуляром сообщил губернаторов о разрешении посылать в деревни православных священников для выполнения потребностей только в том случае, когда 75% жителей таких деревень будут об этом просить. Церковь должна была оставаться в распоряжении греко-католического священника до особого распоряжения [24 ; арк. 22]. Согласно циркуляру о веротерпимости приход сама должна была определиться с переходом в православие. Голосование по этому поводу проводились везде, даже там, где никто из прихожан их не требовал. А те приходы, которые священники, боясь прихода российских войск, выехали вместе с отступлением австро-венгерской армии, сразу объявлялись православными без всякого голосования [25; арк. 18]. Святейший Синод разослал указы в Харьковскую, Полтавскую, Холмская и другие епархии, приглашая священников служить в Галичине. Священники обеспечивались казенным содержанием в размере 1200 рублей, а дьяки – 500 рублей в год [26]. В свою очередь Совет министров принял решение выделить 39 400 рублей из государственной казны на устройство церковных дел в Галичине. Несколько уроженцев из Галичины зачислили в духовную семинарию в Харькове с тем, чтобы в будущем использовать в качестве священников в новооткрытых православных приходах [27]. Делалось все возможное, чтобы прибывшие русские священники были в финансовом достатке. Их деятельность финансировалась по русскому скарбници.У записке “О православной церкви в Галиции от 12 сентября 1914 архиепископ Евлогий предлагал миссионерам склонять народ к обращение в православие, немедленно открывать народные школы в селах, где утвердятся православные священники, убрать под православные храмы Успенскую, Преображенскую церковь и собор св. Юра, закрыть все василианские монастыри и конфисковать их имущество [28 ; арк. 23]. Василиане, по мнению православного духовенства, были скрытыми иезуитами, которые имели задачу пропаганду католицизма в Российской империи. Поэтому все василиане вместе с иезуитами должны быть взяты на учет, чтобы после войны выгнать их за пределы Галиции  [29 ; арк. 18].

      В октябре галицкие москвофилы приняли еще более радикальную резолюцию, где помимо ранее высказанных предложений, были следующие пожелания: униатские храмы, где большая часть жителей воссоединилась с православием, должны быть отданы православным; отмены ордена иезуитов и запрет его деятельности в Российской империи [30; арк. 19]. Среди предложенных галицкими москвофилами мероприятий особенно примечателен пункт о фактической высылке униатских священников. Пункт о постепенной замене униатского духовенства стал своеобразным центром вероисповедной программы националистов. Все они сходились на том, что местное население малограмотно, достаточно плохо понимает суть различий между униатской и православной церковью и сводит к другу, потому что обряды подобные. Поэтому было удобно использовать эту схожесть и необразованность населения для замены местного униатского духовенства на православное. Действительно, решение о переходе в православие не вызывали особого сопротивления со стороны мирян, и они посещали богослужения, которые отправлялись православными священниками. Известны, однако, и факты участия православных солдат в греко-католических богослужениях [31; с. 207]. За 10 месяцев русской оккупации в Галичине с 1873-х  греко-католических приходов полностью или частично перешли в православие лишь 86, то есть 4,6%  [32].  Считаем, что эти цифры не дают оснований говорить о массовом переходе греко-католиков в православие. Учитывая более скромные результаты деятельности, архиепископ Евлогий предложил Св. Синода выделить средства для материальной поддержки новообразованной приходам. Это несколько увеличило количество новообращенных, поскольку отдельные разорены войной села привлекла можли¬висть получить помощь. Но даже после этих шагов общее количество приходов НЕ перевищувала 80. После лихорадочной эйфории первых месяцев оккупации, уже на начале 1915 года архиепископ вынужден был признать, что поручена ему дело продвигается довольно медленно [33]. В конце концов, антиукраинская деятельность РПЦ потерпела крах, на что указывал и сам Евлогий в конфиденциальных записках к Св. Синода (у декабрь 1914 и феврале 1915). Вопреки публичным заявлениям, они не были слишком оптимистичными. Епископ откровенно признавал, что оснований сподиватися перехода из унии всего украинского населення края нет и ожидаемым является постепенное увеличение православных. Он даже признал важность знания украинского языка для православних священнослужителей. Да и в таемний докладе Синода профессора П. Жукович отмечалось, что даже «внешний успех воссоединения нельзя признать большим»[34; с.136]. Не надо упускать из виду тот факт, что механизм принятия политических решений зависел прежде всего от носителя верховной власти. Дневниковые записки Николая II свидетельствуют, что в конце 1914-начале 1915 он регулярно принимал Евлогия, Бобринского и западноукраинских москофилив. Период с конца марта по середину мая 1915 был апогеем успехов православной миссии в Галичине. После взятия русскими войсками Перемышля (22 марта) количество приходов, пожелавших стать православными, резко увеличилось. Но последствия вийськових побед оказались непрочными, и уже 3 июня российские войска оставили Перемышль, а 22 июня – Львов. Вместе с отступающей армией Галичину покинули не только члены церковного управлиння, но и значительное количество священников и мирян из православных парафий [35; с.73]. После эвакуации из Львова архиепископ Евлогий формально не был уволен от миссионерской деятельности в Галичине. Правительство и Ставка проводили политику ожидания. Весной 1916 к новому наступлению на Юго-Западном фронте начали готовиться не только российские войска, но и военная и гражданская власти [36, с. 250]. Таким образом, в течение 1914 – 1915 гг. Период первого этапа оккупации Галичины, религиозный фактор принимался во внимание представителями российского военного командования и гражданской администрации. Попытка быстрого насаждения православия потерпела неудачу и не привела к желаемому результату. Главными причинами провального финала операции по “воссоединению” галичан с Православной церковью была неприкрытая заполитизированность православных миссионеров и неадекватные представления о якобы общее желание греко-католиков отречься унии.


Библиографический список
  1.  Кучера І.В. Політика російської окупаційної адміністрації в Східній Галичині у 1914 – 1917 рр.: Автореф.дис… канд..іст.наук: 07.00.02 / Чернів.нац.ун-т імені Ю.Федьковича. – Чернівці, 2005. – 19 с.
  2. Бахтурина А.Ю. Политика Российской империи в Восточной Галиции в годы Первой мировой войны / Серия “Первая монография” под ред.Г.А.Бордюгова. – М.: “АИРО-ХХ”, 2000. – 264 с.
  3. Патер І. Статус окупованих територій Галичини і Буковини в 1914 – 1917 рр. // Історія державної служби в Україні: у 5 т. – Т. 1. – К., 2009. – С. 379-409.
  4. Мазур О. Східна Галичина у роки Першої світової війни (1914 – 1918): автореф. дис. на здобуття наук. ступеня канд. іст. наук :спец. 07.00.01 “Історія України”. – Л., 1997. – 20 с.
  5. Ільницький І. Проблеми історії першої російської окупації Галичини (1914 – 1915 рр.) у сучасному науковому дискусі // Проблеми історії України ХІХ початку ХХ ст. – Вип. ХІХ. – К., 2011.
  6. Церковна політика Росії в Галичині під час Першої світової війни: експансія “воєнного // [Електронний ресурс]. – Режим доступу:    ”http://xies.ru/309764/1/.htm
  7. Стародуб А. Церковна політика Росії в Галичині під час Першої світової війни: експансія «воєнного православ’я» / Доповідь на Міжнародній конференції «Насилля влади проти свободи сумління: репресивна політика Радянської влади щодо християнських Церков та віруючих (ідейні засади, механізми реалізації, історичні наслідки)». Київ, 3-5.03.2006 [Електронний ресурс]. – Режим доступу: http://ruh.znaimo.com.ua / index-5229.html
  8. Центральный Государственный Исторический Архив Украины во Львове / (далее ЦДІАЛ0), ф. 129, оп. 4, спр. 82, арк.  22
  9. Мазур О., Баран І. Українська  Греко-католицька  церква на початку на Першої світової війни (1914–1915 рр.) // [Електронний ресурс]. Режим доступу http://www.nbuv.gov.ua/portal /natural/Vnulp/Armia
  10. Церковна політика Росії в Галичині під час Першої світової війни: експансія “воєнного // [Електронний ресурс]. – Режим доступу:    ”http://xies.ru/309764/1/.htm
  11. Конфесійна політика Російської  імперії в роки Першої світової війни// [Електронний ресурс].– Режим доступу:  http://znaimo.com.ua/
  12. Воззвание к духовенству Холмской епархии //Холмская Русь. – 1914. – 7 ноября – с.14
  13. Церковна політика Росії в Галичині під час Першої світової війни: експансія “воєнного // [Електронний ресурс]. – Режим доступу:    ”http://xies.ru/309764/1/.htm
  14. Государственный Архив Львовской Области, ф. 907, оп. 1, спр. 141арк 18
  15. Там само  арк. 24
  16. Там само акр. 29
  17. Там само арк. 89
  18. Там само арк. 141
  19. Там само арк. 80
  20. Центральный Государственный Исторический Архив Украины в Киеве / (далее –    ЦГИАУК), ф.361, оп. 1, сп. 1206, арк. 16.
  21. Конфесійна політика Російської  імперії в роки Першої світової війни// [Електронний ресурс].– Режим доступу:  http://znaimo.com.ua/
  22. ЦГИАУК, ф. 361, оп. 1, спр. 161, арк. 11
  23. Церковна політика Росії в Галичині під час Першої світової війни: експансія “воєнного // [Електронний ресурс]. – Режим доступу:    ”http://xies.ru/309764/1/.htm
  24. ЦДИАЛ, ф. 129, оп. 4, спр. 82, арк. 10
  25. ЦДИАЛ, ф. 129, оп. 4, спр. 82, арк. 18
  26. Евлогий (Георгиевский), митрополит. Путь моей жизни. – М., 1994
  27. Прикарпатская Русь. – 1915. – 4 март. – с.8
  28. ЦГИАУК, ф. 361, оп. 1, спр. 161, арк. 23
  29. ЦГИАУК, ф. 361, оп. 1, спр. 162, арк. 18
  30. ЦДИАЛ, ф. 694, оп. 1, спр. 1, арк. 19
  31. Позняк С. Особливості місіонерської діяльності Російської право­славної церкви в Галичині в роки І-ї світової війни // Проблеми слов’янознавства. – 2003. – Вип.53
  32. Евлогий (Георгиевский), митрополит. Путь моей жизни. – М., 1994
  33. Баран І.В Антиукраїнська політика представників Руської православної церкви в Галичині у 1914-1915 роках // Грані № 4 (108) квітень 2014
  34. Корнилович М. Плани «возсоединения галицьких уніатів» в 1914-1915 рр. // Україна. – 1925. – Кн.3. – С.134-163.
  35. Прикарпатская Русь. – 1915. – 16 янв.- с .6
  36. Евлогий (Георгиевский), митрополит. Путь моей жизни. – М., 1994.


Все статьи автора «Роман Цюцяк»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: