УДК 94

СТУДЕНЧЕСКИЕ ВОЛНЕНИЯ ВО ФРАНЦИИ В 1968 ГОДУ: ПРЕДПОСЫЛКИ, ЭСКАЛАЦИЯ И ИТОГИ

Сошников Александр Евгеньевич1, Никитина Анжела Сергеевна2
1Самарский государственный институт культуры, старший преподаватель кафедры теории и истории культуры
2Самарский государственный институт культуры, студентка 3 курса

Аннотация
В статье рассматриваются предпосылки «красного мая», развитие студенческих протестов 1968 года во Франции, а также их последствия и влияние на правительство и социум страны. Данная проблематика актуальна и в настоящее время.

Ключевые слова: красный май, мятеж, революция, студенты, студенческие волнения, Франция, Шарль де Голль


STUDENT'S DISORDERS IN FRANCE IN 1968: PREREQUISITES, ESCALATION AND RESULTS

Soshnikov Alexander Evgenyevich1, Nikitina Angela Sergeyevna2
1Samara state institute of culture, senior teacher of chair of the theory and cultural history
2Samara state institute of culture, student 3 courses

Abstract
In article prerequisites of "red May", development of student's protests of 1968 in France, and also their consequences and influence on the government and society of the country are considered. This perspective is actual and now.

Библиографическая ссылка на статью:
Сошников А.Е., Никитина А.С. Студенческие волнения во Франции в 1968 году: предпосылки, эскалация и итоги // История и археология. 2015. № 6 [Электронный ресурс]. URL: http://history.snauka.ru/2015/06/2184 (дата обращения: 29.04.2017).

Любой революции предшествует идеологическая аргументация и подготовка. «Майская революция» 1968 года, бесспорно, не является исключением. Почему к событиям 1968 г. сегодня особый интерес? Сегодня общественные и мировые разногласия усугубляются с каждым годом. Большое число людей не имеют работы или же она низкооплачиваема и нестабильна. В Восточной Европе и Азии огромные армии рабочих эксплуатируются за незначительную зарплату. Результатом нарастающих противоречий неизбежно станут новые конфликты. В этом заключается главное основание нынешнего интереса к протестам 1968 года.

Что же произошло в 1968 году? Франция тогда была пронизана глубокими противоречиями. Под непробиваемым политическим режимом 68-летнего президента – генерала де Голля – происходила стремительная экономическая модификация, которая коренным образом изменила общественную структуру французского социума.

По окончании в 1962 году войны в Алжире экономика Франции стремительно набирала обороты, что повлекло за собой низкий уровень безработицы и даже дефицит квалифицированных рабочих. Впрочем, подобный рост требовал вложений в производство и  развитие технологий, поэтому создавались новые отрасли промышленности, которые благополучно компенсировали упадок производства угольных шахт и иных старых промышленных секторов. Были созданы новые предприятия в автомобильной, авиационной, космической, оборонной и атомной индустрии. При этом финансирование социальной сферы, прежде всего, здравоохранения и соцобеспечения, отставало. 3 млн. парижан проживали в домах без удобств, половина жилых помещений не была оснащена канализацией, 6 млн. граждан страны жили за чертой бедности. На заводах приходилось трудиться сверхурочно, часто при сохранении невысокой заработной платы [1]. К середине 1960-х рабочая неделя возросла до 45 часов. Условия жизни иммигрантов были немногим лучше, чем в «третьем мире», общежития для рабочих были переполнены, где царила полная антисанитария [2].

Относительно усугубились условия жизни и учебы студентов. Затраты государства на образование возрастали, так как развитие новых секторов промышленности требовало пополнения новыми трудовыми ресурсами, но вследствие демографического взлета послевоенных лет выходцам из малоимущих семей становилось труднее получить высшее образование. Как следствие, высшие учебные заведения были переполнены, плохо обеспечены и находились под надзором властей. Противодействие таким неудовлетворительным условиям обучения и антидемократическому режиму в университетах (так же было запрещено общение между парнями и девушками вне учебного времени, а именно — посещение общежитий противоположного пола) стало главным фактором в радикализации студенчества. Кроме того, к этому быстро добавились и политические вопросы.

В том же 1967 году всемирная рецессия сказалась и на рабочих. На протяжении ряда лет уровень жизни трудящихся и условия их работы отставали от темпов развития страны. Зарплата была низкой, рабочая неделя  – длинной, все это сопровождалось и бесправием рабочих на предприятиях. Теперь добавились безработица и ненормированный рабочий день. Горная, сталелитейная, текстильная и строительная отрасли промышленности вступили в стагнацию. Фермеры тоже стали протестовать против упадка доходов – доходило даже до уличных боев с полицией.

К началу 1968 года страна, на первый взгляд, кажется сравнительно уравновешенным государством, одновременно нарастает и накаляется социальное напряжение. Франция напоминает пороховой погреб – необходима лишь искра, в качестве которой и выступают студенческие протесты [3].

Все началось в университете в Нантере, одном из новых учебных заведений, который был построен в 1960-е годы. 8 января 1968 года студенты на публике выразили свое возмущение посещением города министром по делам молодежи Франсуа Мисоффом, прибывшим для открытия плавательного бассейна. Сам по себе данный инцидент особого значения не имел, но санкции, принятые в отношении студентов, а также систематическое вмешательство в ход событий полиции, вызвали усиление студенческих неповиновений и превратили Нантер в очаг революционного движения, которое быстро перекинулось на другие университеты и средние школы по всей Франции [3]. Протестующие требовали улучшения условий учебы, свободного доступа в университеты, личной и политической свободы, освобождения арестованных студентов.  Так, с февраля по апрель 1968 года в стране было осуществлено около 50 крупных студенческих выступлений. А 22 марта студентами было захвачено здание администрации университета Нантера. В ответ на это администрация полностью закрыла университет на месяц, но конфликт перебросился в старейший университет во Франции Сорбонну.

«Движение 22 марта» основывалось на идеологию так называемого Ситуационистского Интернационала под предводительством Ги Дебора. Ситуационисты считали, что Запад уже достиг товарного изобилия, достаточного для коммунистического строя, и пришло время устраивать «революцию повседневной жизни» [4]. Это означало отказ от работы и подчинения государству, отказ от уплаты налогов, соблюдения законов и общественных моральных норм. 3 мая представители разных студенческих организаций собрались обсудить вопрос о проведении данной кампании протестов. Декан требует полицию «очистить» университетский городок. В итоге спонтанно собирается многочисленная демонстрация. Полиция действует чрезвычайно сурово, и студенты ответили сооружением баррикад. Как следствие, к утру около ста человек были ранены, несколько сот арестованы. Суд вынес 13 участникам демонстрации строгие наказания. В свою очередь, в ответ на это студенты создали «комитет защиты против репрессий», а младшие преподаватели призвали к всеобщей забастовке в высших учебных заведениях.

Сведения о произошедших событиях моментально передаются радиостанциями, жители страны взбудоражены жестокостью полицейских. В Париже демонстрации с каждым днем становятся все масштабнее и уже распространяются на другие города с призывами осуждения полицейских репрессий и освобождения арестованных студентов. Так, 6 мая с требованием освобождения осужденных, прекращения полицейского насилия, открытия Сорбонны и отставки ректора и даже министра образования, вышли на демонстрацию 20 тысяч протестующих студентов, преподавателей, лицеистов, школьников. Под аплодисменты населения колонна свободно прошла по Парижу с плакатом «Мы – маленькая кучка экстремистов», как накануне студентов назвали власти [1]. Но по возвращении в Латинский квартал демонстрация подверглась внезапному штурму шестью тысячами полицейских. Со всего Парижа студентам на выручку подступала молодежь, и к ночи число уличных бойцов достигло 30 тысяч, из которых 600 человек было ранено, 421 – арестовано.

Движение стремительно набирало обороты. Забастовки и демонстрации студентов, разнообразных рабочих и служащих охватили всю страну. К 7 мая бастовали уже все университеты и основная масса парижских лицеев. Когда в Париже на очередную демонстрацию вышли уже 50 тысяч студентов с требованием освобождения своих осужденных товарищей, вывода полиции с территории Сорбонны и демократизации высшей школы, власти отчислили из Сорбонны всех участников волнений. Именно вечер 7 мая стал переломным в общественном мнении. Протестующих студентов поддержали практически все профсоюзы, преподаватели, учителя, научные работники, а также буржуазная Французская лига прав человека. В результате 8 мая в ряде французских городов под пение Интернационала происходит первая всеобщая стачка под лозунгом «Студенты, рабочие и учителя — объединяйтесь!» [5]. В Париже на улицу вышло такое большое количество людей, что полиция была вынуждена стоять в сторонке и не вмешиваться. Однако попытку колонны пройти к зданиям Управления телевидения и Министерства юстиции, полиция жестоко пресекла, пустив в ход гранаты со слезоточивым газом. Отступавшие под напором спецподразделений по борьбе с беспорядками, студенты поджигали автомобили, из которых были построены баррикады. Весь город знал, что с начала мая в Сорбонне происходят студенческие массовые волнения, но никто не думал, что дело примет столь серьезные последствия. Корреспонденты передавали репортажи с места событий прямо в эфир, а утром 11 мая газеты вышли с огромными заголовками: «Ночь баррикад». В результате длительного ночного сопротивления студентов полиции, 367 человек было ранено, в том числе 32 – тяжело, 460 – арестовано. [6]. Это было началом общеполитического кризиса в стране, несмотря на выступление по радио и телевидению премьера Жоржа Помпиду с обещанием отмены локаута Сорбонны и пересмотра дел осужденных студентов. Увы, было уже слишком поздно – политический кризис стремительно набирал силу.

13 мая профсоюзы призвали трудящихся поддержать студентов, вследствие чего страна была парализована всеобщей 24-часовой стачкой. В ней участвовало почти все трудоспособное население – 10 миллионов человек из общего количества в 15 миллионов. Призыв к стачке находит многочисленный отклик – в крупных провинциальных городах, таких как Марсель, Тулуза, Бордо, Лион и др., были проведены многотысячные демонстрации солидарности. В одном лишь Париже на улицу вышло 800 тысяч горожан уже с политическими требованиями, вплоть до призыва к свержению правительства. Сразу после демонстрации студенты захватили Страсбургский университет и Сорбонну, объявив вуз «автономным народным университетом, постоянно и круглосуточно открытым для всех трудящихся».

План профсоюзов ограничить забастовку одним днем провалился.14 мая, рабочие оккупировали авиационный завод компании «Сюд-Авиасьон» в городе Нант, что повлекло за собой цепную реакцию: рабочие стали захватывать сотни предприятий, заводов, фабрик по всей стране, охватив практически все отрасли тяжелой промышленности. Автомобильный завод “Рено” в Биянкуре также оказался числе «занятых персоналом» предприятий.

В это же время студенты захватывали университет один за другим. Число захваченных трудящимися крупных предприятий достигло к 17 мая полусотни. 20 мая Франция, охваченная генеральной стачкой, останавливается, хотя ни профсоюзы, ни партии, ни другие организации не призывали к ней. Журналисты, футболисты, артисты – все присоединяются к движению протеста. Вся страна была парализована, начиная от государственных учреждений, заканчивая школами. В соответствии с данными министерства труда, в 1968 году из-за длительных забастовок было потеряно 150 миллионов рабочих дней. Для сравнения, стачка горняков Великобритании в 1974 году, заставившая уйти в отставку консервативное правительство Эдварда Хита, привела к потере 14 миллионов рабочих дней [3].

Волна стачек не затихает до июля, но своего пика достигает между 22 и 30 мая. 20 мая правительство фактически утратило контроль над страной. Население взывает к отставке де Голля и его правительства. На Национальном Собрании был принят к обсуждению вопрос о недоверии правительству, но для вотума недоверия не хватило всего одного голоса. Тогда 25 мая начались трехсторонние переговоры между правительством, профсоюзами и Национальным советом французских предпринимателей. Были оговорены условия существенного увеличения заработной платы, однако Всеобщая Конфедерация Труда (ВКТ) в лице Жоржа Сеги была не удовлетворена этими условиями и продолжила забастовочное движение. Социалисты во главе с Франсуа Миттераном организуют грандиозный митинг, в знак осуждения профсоюзов и де Голля и требуя создания Временного правительства. В ответ на это власти во многих городах применяют силу. Ночь 25 мая получила название «кровавая пятница» [1].

29 мая во время внеочередного заседания кабинета министров стало известно, что без следа пропал генерал де Голль. Франция повергнута в шок. Лидеры «Красного Мая» незамедлительно призывают захватить власть, так как она якобы «валяется на улице» [1]. Однако, 30 мая де Голль вновь появился и выступил с крайне жесткой речью, объявив о роспуске Национального Собрания и проведении досрочных парламентских выборов. Голлисты организовали кампанию по угрозе коммунистического заговора, в результате, получив большинство мест – перепуганный средний класс дружно проголосовал за генерала. В этот же день голлисты проводят 500-тысячную демонстрацию на Елисейских полях в поддержку де Голля. Происходит коренной перелом в событиях [1]. В начале июня профсоюзы проводят новые переговоры и добиваются новых экономических уступок, впоследствии чего волна забастовок спадает. Предприятия, захваченные трудящимися, начинают «очищаться» силами полиции. Кон-Бендит был сослан в ФРГ. 16 июня полиция захватила Сорбонну, 17 июня была возобновлена работа конвейеров «Рено» [6].

Таким образом, «Майская революция» потерпела поражение. Тогда почему она стала легендарной?

Во-первых, потому, что в мае 1968 года во время экономического подъема (а не кризиса!) из незначительного инцидента в Нантере, впервые в западной истории моментально и молниеносно развился общенациональный кризис, переросший в революционную ситуацию. Это дало многим понять, что изменилась социальная структура европейского общества [6].

Во-вторых, потому, что волнения 1968 г. изменили моральный и интеллектуальный климат как во Франции, так и в Европе в целом. Александр Тарасов обосновал это в своей статье «In memoriam anno 1968», в которой писал, что «вплоть до наступления времени неолиберализма и «неоконсервативной волны» начала 80-х быть правым, любить капитализм считалось неприличным. Первая половина 70-х, осененная отсветом «Красного Мая», оказалась лебединой песней европейской интеллектуальной и культурной элиты. Все сколько-то стоящее в этой области, как грустно признают сегодня на Западе, было создано до 1975–1977 годов. Все, что позже, – либо деградация, либо перепевы…» [6].

В свою очередь, студенты добились демократизации высших и средних учебных заведений, разрешения политической деятельности на территории университетов и студенческих городков и повышения социального статуса студентов, а также подрыва репутации и имиджа, а впоследствии отставки де Голля. Более того, был принят «Закон об ориентации», координирующий действия университетов с непосредственными требованиями экономической обстановки в стране, снижая, таким образом, риск безработицы для выпускников. Еще была уничтожена, хоть и временно, психологическая «стена» между студентами и рабочим классом [6].

Что же сподвигло на такую грандиозную коллективную борьбу столь огромное количество людей самых различных возрастов, профессий, социального статуса и т. д.? «Но это было здесь, в современной стране, с миллионами участвовавших людей, узнавших, что можно жить по-человечески. Вот что было сущностью требований, украшавших стены Латинского квартала. Они подвергали сомнению то, как мы жили, осуждали тот сумасшедший дом, в котором мы живем» – вспоминал Рождер Смит, участник событий 1968 г. [7].

«Красный май», несомненно, был одним из самых ярких и значимых событий, явившееся следствием явлений и изменений в настоящее время. Мир стал другим. Выступая в Монреальском университете через 40 лет после событий 1968-го, Даниель Кон-Бендит признался: «Та весна не исполнила своих революционных обещаний, но повлияла на ожидания и поведение множества людей, поскольку открыла для них небывалую прежде индивидуальную свободу» [8].


Библиографический список
  1. Кара-Мурза, С. Г. Экспорт революции. Ющенко, Саакашвили… [Текст] / С. Г. Кара-Мурза. – Алгоритм, 2005. – 528 с.
  2. Кара-Мурза, С. Г.  Александров, А. А., Мурашкин, М. А., Телегин С. А.  На пороге «оранжевой» революции [Электронный ресурс] : подгот. к изд. – Электрон. дан. Режим доступа:  http://bookap.info/psywar/orangrev.htm, свободный. – Загл. с экрана. – Яз. рус.
  3. Shwarz, P. 1968: General strike and revolt of students in France / [Text] / Peter Shwarz // MCBC, 12th of May, 2008
  4. Кара-Мурза, С Г. Революции на экспорт [Текст] / С. Г. Кара-Мурза. – Эскмо, Алгоритм, 2006. – 528 с.
  5. Схивия, А. Красный май – 68 [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.revolucia.ru/may68.htm (дата обращения: 09.04.2015)
  6. Тарасов, А. In memoriam anno 1968 [Текст] / А. Тарасов // «Забриски Rider», 1999. – № 8.
  7. Смит, Р. Май-июнь 68-го [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.revkom.com/index.htm?/naukaikultura/68.htm (дата обращения: 09.04.2015)
  8. Дубин, Б. В. Символы — институты — исследования: Новые очерки социологии культуры [Текст] / Б. В. Дубин.  — Saarbrucken: Lambert, 2013. — 259 с.


Все статьи автора «Сошников Александр Евгеньевич»


© Если вы обнаружили нарушение авторских или смежных прав, пожалуйста, незамедлительно сообщите нам об этом по электронной почте или через форму обратной связи.

Связь с автором (комментарии/рецензии к статье)

Оставить комментарий

Вы должны авторизоваться, чтобы оставить комментарий.

Если Вы еще не зарегистрированы на сайте, то Вам необходимо зарегистрироваться: